Хочу отметить, всё же наличие у меня некоторого сомнения в атрибуции С. П. Яремича картины как портрета дочери художницы. Определённое сходство наша девушка в образе Каллисто, конечно, имеет с обликом Брюнетты с различных портретов, в том числе с портрета в образе купальщицы «Julie Le Brune as Bather» (частное собрание, выставка в Метрополитен-музее, 2016). Однако в значительно большей степени Каллисто с нашей картины похожа на саму художницу — Елизавету Виже Лебрён — с её многочисленных автопортретов, в том числе пастели 1771 года, на которой она представлена в возрасте 16 лет, также с распущенными волосами, схваченными тонкой лентой, и со слегка приоткрытым в лёгкой улыбке ртом. Необходимо отметить, что улыбка, демонстрирующая зубки, — это характерный для художницы приём, вызывавший неодобрение современников из числа просвещённой публики (художников, любителей искусства, персон со вкусом). Неодобрение достигало иногда уровня общественного порицания — имеется в виду небольшой скандал на Салоне 1787 года, где мадам Виже Лебрен экспонировала свой автопортрет с дочерью, на котором она «улыбаясь, показывает свои зубы» (Mémoires secrets pour servir à l'histoire de la République des Lettres en France depuis 1762 jusqu'à nos jours). Сходство проявлено и на других живописных работах, в том числе следует упомянуть автопортрет в соломенной шляпке (1782) и картину «Материнская нежность» (1786). Причём сходство с автопортретами художницы настолько поразительное, что нельзя исключить вариант, что перед нами автопортрет художницы в мифологическом образе (внучки Пелазга и матери героя Аркада), созданный в 1770-х или начале 1780-х годов. В пользу этой, более ранней, датировки свидетельствуют и технические особенности живописи, характерные для раннего творчества Виже Лебрен. (Конечно, всегда есть место сомнению. И даже в атрибуции С. П. Яремича позволительно сомневаться, ибо «что есть истина» в наших смертных устах, когда доступна она только Божеству, а нам, краткоживущим, дано в удел лишь стремление прикоснуться к ней, но и это скромное желание может доставлять большое удовольствие и даже радость от небольших открытий или же заблуждений в мире тайн прошлого).